Новости

Обзоры новинок снаряжения, графики лекций

Активное воздействие

От редакции: Наше издание старается не обходить стороной тему лавинной безопасности. Каждый год в лавинах гибнут наши и ваши друзья. К сожалению, свести число трагедий к нулю вряд ли получится — надо быть реалистами. Но минимизировать потери — наша с вами задача. Практически каждый человек, поднимающийся зимой на горные склоны, — пешком или на горнолыжном подъемнике — потенциальная жертва лавины. А окружающие люди — потенциальные спасатели в случае схода лавины. Есть еще особый сорт людей, которые работают со снегом и берут на себя заботу о нашей лавинной безопасности на горнолыжных курортах. О них мы сегодня и поговорим…

Максим Панков. Альпинист с 1985 г., КМС. Совершал восхождения в горах Памиро-Алая, Центрального Памира: прохождение ЮЗ стены пика Коммунизма (7495 м), пика Энгельса (6510 м), второе прохождение стены пика Чирингяд (5864м, 6Б), восхождения на Кавказе, Алтае, в Хибинах, Крыму, Калифорнии (El Capitan, Half Dome), Китае, Индии.

Более 10 лет был организатором и гидом Russian Backcountry Team.

В 2001 г. окончил географический ф-т МГУ (специалист по лавинам).

C 2011 г. работает в отделе активных воздействий лавинной службы курорта «Роза Хутор». В течение последних семи лет проводит лавинные курсы по России и на Украине.

Руководитель проекта по лавинной безопасности:www.snowavalanche.ru

Прорайдер Halti , сети магазинов «Пента спорт» и Never Summer.

— Макс, расскажи о вашей команде.

В нашем штате сейчас около десяти человек, и у всех свои функции и задачи. Кто-то решает административные и организационные проблемы, кто-то отвечает за технику (снегоходы, квадрациклы), но большинство работает в «поле», то есть на склоне, наблюдая и контролируя различные снеголавинные факторы.

— Как в целом проходит ваш сезон на «Розе Хутор»? И, в частности, как проходит твой день? Поделишься?

Сезон начинается с выпадения первого снега, когда курорт еще закрыт для туристов, потому что именно тогда формируется основная подложка, на которой будет накапливаться снежный покров в течение всей зимы. В процессе работы мы постоянно наблюдаем за состоянием снега, метеорологическими показателями и погодой.

День, можно сказать, начинается еще с вечера, так как мы все время анализируем и сравниваем, что есть и что было накануне. Система автоматических метеостанций нам в этом помогает. Также постоянно идет мониторинг сайтов погоды, так как нам нужно заранее знать метеопрогноз со всеми характеристиками (температура, количество осадков, ветер и его направления и т.п.) и готовиться к приходу циклона.

Если у нас идет снег, то при определенном приросте, с учетом других, дополнительных факторов, мы принимаем решение об активном воздействии на склон противолавинными системами Gazex . В основном это происходит либо рано утром (в 5-6 часов), либо поздно вечером, после закрытия курорта, так как ночью или сразу после утренних стрельб (до открытия курорта) на склон выходят ратраки, чтобы подготовить трассы, заглаживая и убирая то, что мы «намусорили» лавинами.

Каждый день, с рассветом, мы выезжаем на обследование склонов, так как необходимо убедиться в их безопасности. Просматриваем и фиксируем сошедшие после воздействия (если оно было) лавины и разгружаем оставшиеся локальные участки вне зоны действия противолавинных систем. К открытию курорта (около 9 утра) мы даем свое заключение по степени лавинной опасности и рекомендации открыть или закрыть определенные трассы и зоны катания.

В течение дня, по необходимости, контролируем снеголавинную ситуацию на склонах и обслуживаем противолавинные системы.

— Какое оборудование вы используете? А какой техникой пользуются за рубежом?

Для активного воздействия на снежный покров склона мы используем противолавинные системы Gazex , про которые я уже упомянул. В принципе так же, как и на многих европейских курортах, ведь Gazex — это французская разработка. В дополнение к этому во многих странах используют ручную взрывчатку и аваланчеры, тем самым стараясь свести к минимуму риск для сотрудников лавинных служб, работающих на склоне.

— Есть категория катающихся, которые считают, что закрывают склоны спасатели-лавинщики для себя, чтобы «раскатывать паудер». А что будет, если не закрывать склоны и не резать лавины?

Если не разгружать и не закрывать вовремя склоны, то и курорта не будет. Ведь на руководстве лежит огромная ответственность за безопасность туристов, приезжающих к нам.

Часто видишь в глазах катающихся людей все, от зависти до ненависти, и только единицы относятся к нашей работе и нашим решениям с пониманием! Ведь для большинства мы «только и делаем, что катаемся, а люди за это деньги платят», но почти никто не видит обратной стороны нашей профессии: риск, связанный с работой на лавиноопасных склонах, большая ответственность за свои решения, ночные

смены во время снегопадов, обслуживание противолавинных систем… Это всего лишь малая часть того, что мы делаем! И потом, нам просто необходимо быть на склоне, чтобы видеть, чувствовать снег и его состояние. От этого порой зависит жизнь многих людей…

— Твоя работа, по сути, опасная. Почему ты этим занимаешься?

Для себя я выбрал эту профессию очень давно, где-то в конце 1990-х, после армии. Выбрал ее осмысленно, всей душой, что ли… Потом учился в МГУ, работал в горах гидом, спасателем, набирался опыта общения со снегом, с людьми…

Работа, конечно, опасная, но ведь есть военные, пожарные, спасатели… Их труд не менее опасен. Ведь кто-то должен делать эту работу!

— Ты не боишься или тебе удается работать со своим страхом?

Раньше я с азартом мальчишки, сбивающего во дворе консервные банки камнями, выезжал подрезать лавины, и во мне была какая-то гордость и высокомерие, наверно, — ты управляешь снежной стихией! Ну, или типа того. Хотя на самом деле стихия просто позволила тебе это сделать, и не факт, что в следующий раз у нее будет такое же хорошее настроение. После нескольких попаданий в лавину, гибели моих друзей за последние годы понимаешь свою наивность и свое ребячество в отношении к этому. Страх обязательно должен присутствовать, он мобилизует, помогает держать ситуацию под контролем и выжить! Единственное, чего нужно опасаться, так это паники — бесконтрольного животного страха, с желанием спастись любой ценой. При этом мозг уже не работает, все на уровне рефлексов. Так мне кажется.

— Поговорим о Красной Поляне. Какие черты с точки зрения лавинной безопасности характерны для этого района? Может быть, есть свои специфические особенности?

Местоположение района обуславливает климат — достаточно мягкая и снежная зима из-за близкого расположения к морю. Основные циклоны приходят к нам с запада, и Красная Поляна первая попадает под принесенные циклоном «сюрпризы». В лавинном отношении — большая влажность воздуха, количество выпадающего снега и резкие изменения температуры порой не позволяют расслабляться в нашей работе!

— Катающиеся доставляют много хлопот? В смысле, они соблюдают все правила курорта? Или ты никак с ними не пересекаешься?

Мы, конечно, мало общаемся с гостями курорта, в отличие от спасателей. В основном все проблемы с несоблюдением правил, поведением на склоне и др. достаются им по специфике работы. Но то, что запрещающие знаки и ограждения действуют на многих людей, как красная тряпка на быка, я убедился уже давно! При этом человек ставит себя выше других, ведь он же «намного умнее» и лучше всех специалистов (за плечами которых опыт и знания) разбирается в вопросе лавинной безопасности. Так вот, решая «заплыть за буйки», вы сами берете на себя ответственность за то, что случится дальше!

— По твоим наблюдениям, растет ли число катающихся вне трасс в Красной Поляне? Как ты считаешь, растет ли уровень образованности в вопросах лавинной безопасности?

Конечно, с каждым годом число людей, пытающихся заниматься фрирайдом и уходящих далеко от маркированных трасс, становится все больше, притом настолько, что даже при моем желании им помочь повысить свой уровень знаний в вопросах лавинной безопасности мне реально не успеть. Но большинству это, как им кажется, и не нужно. Вот что самое печальное!

По опыту скажу, что люди начинают задумываться только тогда, когда с ними, с их близкими и друзьями случается трагедия! Например, в прошлом году у нас был случай, когда человек выехал далеко за пределы трасс, поехал один, заблудился и, упав со скалы, сильно поломался. Искали долго и чудом нашли. Так получилось, что мы тоже участвовали в проведении поиска, транспортировке и оказании первой помощи совместно со спасателями. В этом году я увидел его с костылями на курсах первой помощи, проводимых моими друзьями, а неделей спустя у себя, на лекции по лавинной безопасности.

Этого случая можно было избежать, если бы он задумался над вопросами безопасности чуток раньше. А ведь для многих все заканчивалось намного трагичнее.

— Какие ошибки чаще всего совершают катающиеся вне трасс?

Вот лишь некоторые из типичных ошибок:

— люди верят, что если они уже катались в этом месте и с ними ничего не случилось,то так будет всегда;

— желание показать (доказать) свое «мастерство»;

— одновременный спуск всей группы по потенциально лавиноопасным склонам;

— конкурентность (погоня за снегом);

— врожденное презрение ко всякого рода запретам;

— последний день катания (можно позволить себе намного больше);

— доверие к чужому следу;

— наличие лавинного снаряжения (ложное чувство уверенности).

— Работа вашей службы минимизирует риск схода лавин в зоне курорта или исключает его? Лавинная опасность вне трасс остается?

Основная наша задача — обеспечение лавинной безопасности в зоне ответственности курорта, то есть в пределах маркированных трасс. Территория довольно обширная, и невозможно все держать под контролем, поэтому вне трасс опасность может оставаться.

— Сколько времени нужно спасателям курорта, чтобы добраться до места схода лавины или другого ЧП?

Наши спасатели постоянно на склонах, и с момента поступления сигнала может пройти две-три минуты, а то и меньше! (с момента поступления сообщения о происшествии — прим. ред.)

— Ты в Поляне лекции по лавинной безопасности читаешь?

Вот только неделю назад проводил двухдневный семинар (лекция + практические занятия) для судей, приехавших работать на соревнования. Да и вообще, я считаю хорошей традицией проведение таких мероприятий на горнолыжных курортах.

Ведь в Европе, в Америке лавинные школы на основных курортах — уже обычное дело.

Надеюсь, и у нас когда-нибудь будет, что то подобное!

— Можешь сравнить работу вашей службы с такими службами других курортов? Поляны и других регионов России?

Ну, сравнивать-то особо нечего, ведь у всех одни и те же задачи — борьба со снежными лавинами. Единственное, что нас, наверное, отличает от других, — это использование противолавинных систем Gazex. Такого в России нигде больше нет.

— Где проблемы противодействия лавинам стоят особенно остро: Хибины,Карпаты?

«Конечно, люди и лавины на протяжении всех веков были врагами», — сказал М.Отуотер.

Везде, где человек вторгается на их территорию, возникает «борьба». И главная причина — это сам человек!

Как писал М. Отуотер, «люди — более сложная проблема, чем лавины!» Ну а место «битвы» (территория) может быть любой — Хибины, Карпаты, Кавказ…

— Есть ли перспективы к улучшению ситуации?

Сложный вопрос, но я достаточно оптимистично смотрю на это и все-таки верю, надеюсь, что когда-нибудь культура лавинной безопасности в нашей стране станет выше!

По материалам журнала «Риск» № 60 ( Тест: Елена Дмитренко Фото: Макс Панков)

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Наши друзья и партнеры

snowAvalanche.ru

© 2011 - 2018 Все о лавинах. Все права защищены